ШВЕЙЦЕР
Ирина Швейцер написала жалобу на имя депутата Госдумы и в
редакцию "7 дней Кубани" одновременно. Казалось бы, запоздало,
ведь приговор уже вынесен. Ирина, ранившая насильника, осуждена.
Тот благополучно продолжает свои подвиги. А для Ирины и других
причастных к этой драме вс„ еще только начинается... - Я была,
словно ополоумевшая. Помню только, что мелькнула мысль ударить
ножом себя. Но вдруг подумала, что лишь поранюсь, а он тогда
продолжит меня мучить. И я кинулась с ножом на него. А потом
бежала, бежала, бежала домой. Не разбирая дороги. По грязи, по
рельсам. Плутала. Плохо помню подробности, потому что была в
шоке. Теперь вот узнала, что 15 километров в темноте пробежала.
(Из рассказа Ирины Швейцер).
Действующие лица:
Ирина Швейцер, жительница хутора, незамужняя, неработающая, 21
год. Сергей Скорик, житель хутора, холостой, неработающий, 22
года.
Максим Голиков, житель хутора, холостой, разнорабочий
агрофирмы, 20 лет. Елена Шадурская, юрист сельскохозяйственного
техникума.
Лидия Гранина, судья.
Дмитрий Майоров, следователь прокуратуры.
Елена Воробей, следователь РОВД.
Николай Круглов, глава администрации сельского округа.
Армен и Андрей, "лица кавказской национальности".
Понятые, служивые, свидетели, родственники.
Место действия:
Хутору, вытянувшийся вдоль реки. Грязь, невзрачность строений.
К запаху спиртного привыкаешь быстро, кажется, он въелся даже в
стены... Что же произошло, происходило, происходит на самом деле?
До того момента, как начал описывать перипетии того, что
случилось на обыкновенном кубанском хуторе, сам не знал, чьи
суждения будут выглядеть более убедительными, кого можно
посчитать более правым. И пусть поначалу, читатель, тебе
отдельные кусочки той картины покажутся не слишком связанными. В
конце концов, мозаика станет единым целым. Фамилии и имена тут
изменены - в силу деликатности некоторых обстоятельств. Но в
рассказах не придумано ни единого слова. Так что перед нами -
быль, да и только. Ирина Швейцер: "Я отдалась Скорику, потому что
он обещал помирить меня с моим любимым Голиковым". - Когда Максим
пообещал на мне жениться, я ему, конечно, поверила. Он был у меня
первым. И был такой ласковый! А в тот вечер я оказалась дура
дурой. Они со Скориком шушукались ходили. Мне бы следовало сразу
догадаться. Но любовь, увы, слепа. Да и со стороны Скорика я
такого рокового удара не ожидала, два года ведь его знаю. Максима
и то меньше. Когда Сергей трезвый, он совершенно нормальный
человек. Это я только во время следствия узнала, что у него с
головой что-то не в порядке. Когда его диагноз психиатрический
прочла.
Почему я с Сергеем пошла? Скорее всего, из-за моей бабской
дурости. Надо мной Максим ведь надсмеялся, сказал после всего,
что, мол, и не собирался жениться. Что шутил, мол, по пьяни, а
так я ему на фиг не нужна. Ну, а Скорик обещал повлиять на друга,
уверял, что уладит наши отношения, если я с ним пересплю. А потом
мне, глупой, надо было втихаря уйти. Началось насилие. Скорик
самогон глушил из горлышка, а сила у него не убывала. Что-то
сверхъестественное... Даже в туалет меня водил под охраной. Бил,
таскал за волосы, заставлял делать то, что меня унижало. Я даже
голой выскочила на улицу, чтобы убежать. Но он догнал, опять стал
мне делать больно. Вс„ это длилось часа четыре, пока я за нож не
схватилась. Раньше я так любила узнавать разных людей,
знакомиться. А теперь никому не верю. Единственные мужики,
которые себя повели благородно - Армен с Андреем. Причем,
совершенно бескорыстно. А теперь у них самих из-за меня
неприятности. И у юриста, с которым они меня свели. У Елены
Шадурской. Если бы судья Гранина дала мне не условный срок, а
реальный, я бы точно на себя руки наложила. Я готовилась к
худшему. Теперь вот снова думаю: куда пойти работать? Пыталась
учиться на повара - денег не хватило. Платить надо, да и тому
подарок, этой... Работала на консервном заводе - очень
понравилось. Кабачковую икру закатывали. Коллектив хороший. Но
это же все временная работа. А с постоянкой замкнутый круг
выходит. Нет денег - нет удачи, таковы, оказывается, правила
жизни. Впечатление автора. Простая девчонка, да и только. Жалко
мне ее, хоть она и впрямь далеко не ангел. Похоже, говорит
искренне, потому что о себе рассказывает такое... Если б хотела
пустить пыль в глаза, то вс„ бы звучало по-другому.
А когда в комнату общаги зашел, где она живет с сестрой, мамой
и отчимом, услышал про Иринину радость. Мол, старенький
черно-белый телевизор починили. Ну да, лучше уж в ящик впериться,
чем по улицам шлындать. Ирина говорит, что даже среди бела дня по
хутору ходить небезопасно. Пьяных много, обкуренных... А хутор,
между прочим, не из бедных. Двухэтажных домов тут много! Кассета,
записанная тайно (выдана милицией, подвергнута фоноскопической
экспертизе, приобщена к делу по обвинению Шадурской, Армена и
Андрея в принуждении Голикова и Скорика к даче ложных показаний в
суде): "Да никто тебе не угрожал, чего так нервничать?!" Беседуют
Шадурская и Голиков. Шадурская, в отличие от Голикова, не знает о
том, что ведется запись. Цитирую выборочно и с сокращениями.
Газета - не резиновая. Г.: - У меня завтра суд. Что мне там
говорить?
Ш.: - Говори, как было на самом деле. А чего ты нервничаешь?
Г.: - Ну, армяне были, ко мне приезжали, угрожали.
Ш.: - Да никто тебе не угрожал, чего так нервничать. То, что
они с тобой поговорили, это вс„ ерунда. Никто тебе ничего не
сделает, просто говори, как есть на самом деле. Г.: - Я не знаю
... тогда какого мне... мне видишь как... и... мне на фиг
получать. Скорик мне вообще... Ш.:- Просто девчонке 20 лет. Вот
сейчас ей дадут условно, и зачем ей это надо? Судимой быть в ее
возрасте. Мне лично из женской солидарности ее жалко, вот почему
я и занимаюсь этим делом. И я ее вижу, как и тебя. Столько же. Но
по рассказам там, конечно, было 100-процентное изнасилование. Г.:
- Не знаю.
Ш.: - Ты просто говори, как было на самом деле. И вс„. Никто к
тебе никаких претензий... Стенограмма вообще без комментариев.
Куда уж нам, журналистам, раз экспертных выводов даже прокуратура
не сделала. Но, конечно, "одна юрист и два лица кавказской
национальности" вс„ равно виноваты. Осталось лишь найти, в чем
именно. Может в том, что они посмели получить от Скорика "явку с
повинной", где он пишет об изнасиловании? Тот, кто пытается вести
свое, параллельное расследование, уже перед органами виноват?
Николай Круглов, глава администрации округа: "Я пытаюсь апгрэйд
сделать". - Заниматься здесь молодежи, как правило, нечем. Дури
много, а ума нет. Тем более, что из тех, кто живет на хуторе,
многие заканчивают школу для неполноценных детей. Стыдно, но мы
ежедневно с хутора полный автобус везем в спецшколу. Пороки
родителей... Как бороться? Нынче все бросились в лобовую атаку на
наркоманию. Но это все равно, что на танк бегать с вилами.
Сегодня надо не это делать, а заниматься теми детьми, которые
завтра могут стать наркоманами. Мы строим дворовые площадки,
организовали для мальчишек стрелковую секцию. Я занимаюсь с
детишками радиоспортом, это мое хобби. Для девочек тоже много
кружков пооткрывали. Ходят! Но все равно недостаточно.
На территории округа проживает две тысячи человек с небольшим.
Здесь социальной инфрастуктуры нет вообще. Живут только люди и
коровы. Родители тоже не дают нормального воспитания. И я считаю
главной задачей профилактику. Увлечь ребят, открыть им глаза на
богатства мира. С деньгами плохо. Я вот нашел старенький
компьютер, пытаюсь ему апгрэйд сделать. Подоснастим со временем.
Ребятишки реагируют на нашу искренность. Я знаю этого Сережу
Скорика. Характеристики со стороны хуторян нелестные. Здесь все
люди на виду. Он и в армию не пошел по справке. То, что Сергей
оказался после суда не насильником, а жертвой, по-моему, просто
хорошая работа его адвоката. Оплатили. Продажу дома сейчас его
родители у нас оформляют. Одного из домов. У них два домовладения
на одной территории. И еще, вроде, его отец от Сережиных бабушки
и дедушки по целому дому унаследует. Но это напрямую не касается
дела. Вообще правонарушителей на хуторе и в прифермских поселках
немного. Но от криминала много шума. И хорошо, когда ему дают
отпор. Даже в такой крайней форме, как та девчонка, что взялась
за нож. Эх, не понимают молодые, что на самом деле в жизни
ценно... Сергей Скорик: "Голиков мне сказал, что в его доме -
халява, то есть проститутка..." - Первоначально Швейцер мне
отказывала, говорила, что собирается выходить замуж за Голикова.
Я рассмеялся и сказал, что это Голиков предложил мне вступить с
ней в половую связь. Я пообещал ей поговорить со Голиковым, и
тогда, возможно, они будут встречаться. Она согласилась, и мы
совершили половой акт. Потом ей стало больно, и она в голом виде
выбежала на улицу. Я побежал за ней, так как не хотел, чтобы она
ушла. Я силой привел ее за руку в дом... (Из показаний на суде по
обвинению Швейцер).
Комментарий автора. Самое любопытное, на мой взгляд, в том,
что по заявлению Швейцер прокуратура в возбуждении уголовного
дела в отношении Скорика отказала. Почему? Не было признаков
насилия? Однако в приговоре суда прямо сказано: "Из показаний
потерпевшего Скорика следует, что он применил насилие в отношение
подсудимой Швейцер, а также совершил аморальные действия, которые
продолжались длительное время и послужили поводом для
возникновения у нее аффекта. Применение насилия подтверждается
заключением судмедэксперта, обнаружившего у Швейцер кровоподтеки
и ссадины". Сейчас Ирина подала в суд жалобу, чтобы добиться-таки
возбуждения уголовного дела, в котором обвиняемым будет именно
Скорик. Фактически она воюет с прокуратурой, затвердившей
отказной материал. Бодался теленок с дубом... Но так или иначе, а
Скорик и Швейцер получили свое. Она условный срок, а он ранения.
Однако вот-вот могут получить судимости и те, кто решил на
защитить Швейцер. Что восторжествует? Справедливость? Вопрос,
конечно интересный. Рыцари или рэкетиры?
Я до последнего не верил этим трем молодым людям - юристу
Елене и "лицам кавказской национальности" Армену и Андрею. Искал
корысть. Они ушли слегка обиженными на мои вопросы. Но корысти я
не нашел. Знаете, что напоминает? Ситуацию, когда кто-то в
дворовой компании начинает драться с заведомо сильным, защищая
слабого. Познакомьтесь с их ответами, и вы поймете, почему этих
настолько разных, но связанных одной уголовкой людей, некоторые
считают ненормальными. Думаете, в наш меркантильный век рыцарей и
донкихотов не существует? Как знать... - Елена, сколько вы
попросили за услуги со Швейцер?
- Нисколько. Мне ее жалко стало. Моя лучшая подруга когда-то
оказалась в схожей ситуации. И тогда насильник вышел сухим из
воды. Меня несправедливость, которая, полагаю, в прокуратуре
творится, убивает. За Ирину просто вообще некому было
заступиться... И в суде тоже. А у Армена с Андреем свои,
кавказские понятия, но мотивы, по которым они в это дерьмо
влезли, схожи с моими. - Судя по тому, что мне удалось услышать
от знающих лиц, вас судья и следователь не любят. За что, как вы
считаете, Елена? - Наверное, за то, что я всегда говорю то, что
думаю. В глаза говорю. Я в этой прокуратуре практику
многомесячную проходила. И до этого случая у меня здесь со всеми
были нормальные отношения. А теперь я прямо в глаза следователю и
прокурору сказала, что так считаю: без взятки со стороны
родителей Скорика в том деле не обошлось. - Да вы с ума сошли!
- Ну, кое-что еще добавила, на что прокурор сказал, что это
бред. А через день мне обвинение переквалифицировали. Я уже стала
возглавлять организованную группу по выбиванию ложных показаний.
И как я ни просила не ломать мою карьеру (я мечтаю стать судьей,
и любая судимость для меня - крах), все оказалось бесполезным.
Просто я слишком много знаю о том, что здесь творится. И получила
за свой язык... Это у меня от деда. Тот, шахтер, всегда рубил
правду-матку. - Не представляю вас судьей...
- Почему? Я в судьи хочу, потому что мечтаю не взятки брать, а
справедливые приговоры выносить. Это правда. - Это вы, Армен,
привлекли такую любительницу острых высказываний к защите
Швейцер? - Не-а, не я, Андрей. Елена защищала его раньше, и он ее
сильно зауважал. Кстати, уже на первом допросе мне следователи
предложили быть в этом деле свидетелем, а всю вину свалить на
Шадурскую. Сказать, что это она, мол, все "выбивания"
организовала. Ну, я так их понял, по крайней мере. Я отказался,
потому что считаю: со стороны Скорика было изнасилование, а Елена
- всего лишь адвокат Ирины, не более того. - Но вы-то, Андрей,
каким боком с Арменом в эту историю макнулись?
- По случайности. Но и закономерно, потому что оказались
затронутыми наши понятия о мужской и женской чести. Да, мы со
Скориком говорили, пиво пили. Просили его поступить по-мужски,
сказать правду, не топить Ирину. Ни от кого не прятались. Даже
машину свою поставили возле двора. Что, так поступают те, кто
хочет угрожать? Я понимаю, что армян многие не любят, ну и что?
Если я уверен в своей правоте, не отступлюсь. У меня и славяне в
роду, вот, фамилия да имя неармянские. Но я был и останусь
человеком горячим. Мать у меня в похоронном бюро работает, смерти
я досыта навидался. Чего мне бояться? Тюрьмы? Кидали по этому
делу за решетку, пытались сломать. Не вышло. От автора. Похоже,
все трое и впрямь больны - верой в справедливость. Опаснейшая для
карьеры, нервов и свободы болезнь. Не сомневайтесь: если бы у
меня были факты, свидетельствующие о другой, корыстной мотивации,
я бы их привел. И приведу, если будут. А пока и следователи меня
не разубедили. Елена Воробей: "Я не увидела со стороны Скорика ни
малейшего раскаяния" - Я только что отправила в суд дело по
обвинению Сергея Скорика в краже и угрозе убийством. Он и ранее
был судим за кражу, получил условный срок, но та судимость уже
погашена. Что в новом обвинительном заключении? Новая кража
незначительная. К приятелю зашел в дом и взял всякую мелочевку.
Хрустальные стаканчики, маникюрный набор, машинку доля стрижки
волос. На бутылку ему нужно было... А через несколько дней
угрожал убийством соседке, которая видела, как он совершал кражу.
С ружьем его полхутора видело. Скорик абсолютно не раскаялся. Он
считает, что ничего страшного не натворил. Мол, многие так живут.
Просто их не застукали. А еще эксперты пришли к выводу, что
Сергей нуждается в принудительном лечении от алкоголизма.
От автора. А от другого милицейского следователя я услышал:
"Мне кажется странным, что в отношении Скорика уголовное дело в
связи с изнасилованием Швейцер не возбудили. Я сужу по приговору,
в котором элементы насилия с его стороны вполне явно
усматриваются. Но прокуратуре, похоже, виднее. Недавно вон две
малолетки заявили об изнасиловании, и в возбуждении дела тоже
было отказано. Родители их в Москву жалобу написали, не согласны
с аргументом "да ваши дочери сами такие-сякие"... Я, журналист,
понимаю, что сколько ни давай характеристик участникам всей этой
истории, последнего аргумента в юридических перипетиях не
получишь, но... Но надо признать: за Скориком немало нехороших
дел в родном хуторе. А вот об Ирине Швейцер соседи говорят сплошь
и рядом хорошее. Особенно меня поразила одна грустного вида
интеллигентная женщина интеллигентной же профессии, у которой
убили мужа: - Напарник связался с мафией. Лишили жизни обоих,
сожгли. Никого не нашли. Но теперь очень боюсь за себя да детей,
поэтому фамилию и не спрашивайте. А что касается Ирины, то знаю
ее 11 лет. Самый тяжкий грех ее за эти годы был в том, что могла
пропустить свое дежурство по уборке лестничной клетки. Хорошая
девчонка из хорошей семьи, - вот что о ней думаю. Но есть и
диаметрально противоположное мнение.
Дмитрий Майоров: "Меня Швейцер уже достала!" - Как было? У
Швейцер во время второго полового акта со Скориком произошла
ссора. Он что-то ей больно сделал. Она начинает орать, кричать на
него. Спрашиваю: куда он тебя бил? Туда и туда. А потом синяки
экспертиза обнаруживает совсем в других местах. Она даже не может
сказать правильно, куда ее били! Ее заявление, даже не заявление,
а объяснение, в котором она говорит об изнасиловании, приобщено к
рапорту сотрудников милиции по возбужденному уголовному делу. То
есть отдельно по нему проверка не производилась, так как оно
имеет отношение к тому делу. И когда уголовное дело мы
расследовали, там выносилось постановление о прекращении его в
соответствующей части. То есть по факту изнасилования ей
отказали, уведомили. Она не жаловалась. А теперь пишет жалобы.
Пацаны говорят, что она и раньше за ножи хваталась. Какие-то
проблемы были в детстве... А Шадурской надо, чтобы приговор
отменился, чтобы было доказано изнасилование. И думаю, что те
армяне просто хотели деньги отжать. Меня Швейцер уже достала.
Семь жалоб в неделю приходит на меня со всех сторон. И до того
момента, как Шадурскую мы не привлекали, не было ни одной жалобы.
Ни одного протеста. Впечатление автора. Признаюсь, я завидую
следователю Майорову белой завистью. Он молод, прекрасно
выглядит, одет с иголочки. Дорогая обувь, часы, роскошный
галстук. Машина марки "Ягуар", на которой он ездит. Такие типажи
я многажды встречал среди адвокатов в крутых американских фильмах
про времена сухого закона. Нет, ничего обидного сказать не хочу.
Напротив: состоявшийся молодой человек. И он - тоже часть то
вялотекущей, то очень динамичной жизни Кубани. Я даже обещал ему
приехать и написать о самых серьезных делах, которые он ведет. С
жуткими убийствами, в которых участвуют молоденькие парни и даже
девчонки. Тут уж так. У кого пусто, у кого - густо. Один высоко
взлетел, а другой низко пал. Терпение и труд все перетрут. От
каждого - по способностям... Ох, куда меня занесло! Медленно
спускаюсь на грешную Землю. Ум есть, будет и богатство. Семеро с
сошкой - один с ложкой. И наконец: нет денег - нет удачи. А нет
власти - ты вообще никто. И не вякай.
Владимир ДАРКИН P.S. На первом же судебном заседании по делу
"Армена-Андрея-Шадурской" Скорик и Голиков неожиданно заявили,
что никаких ложных показаний из них никто не выбивал. Тем не
менее, все продолжается...