За деревьями леса не видать? В нынешнем году ОАО "Новорослесэкспорт" оказалось в центре скандала, раздутого в одной из городских газет Новороссийска
Казалось бы, вопрос и впрямь острее острого. Речь о возможной
перевалке ядерных отходов через лесной порт. Но не правит ли тут
бал на самом деле Госпожа Политика? Та же газета назвала даже
саму возможность интервью гендиректора порта Анатолия Сафонова
сенсацией. Да бросьте, от прессы он не прячется. Просто, по его
словам, очень не любит предвзятости, "заказухи" в СМИ. У меня не
было абсолютно никаких проблем совершить подробную экскурсию по
всем уголкам порта, побеседовать как с начальством, так и с
рядовыми работниками. Сам Анатолий Владимирович наговорил на
диктофон более 1,5 часов записи. Информации, комментариев,
размышлений хватит не на одну большую публикацию. Прибавьте сюда
и "живые картинки" - впечатления от увиденного, услышанного
журналистом на производственных участках, причалах. То, что вы
прочтете сегодня - лишь часть диалога с гендиректором. То общее и
частное, без чего трудно понять происходящее в порту вообще. Тем
более, что накануне прошло очередное годовое собрание акционеров,
а 28 июня порт отметил свое 45-летие, на празднование которого
прибыло более 50 представителей его клиентов.
- Знаете, какие слухи постоянно циркулируют? Мол, желание у
московских акционеров, реальных хозяев порта одно: побыстрее
урвать возможный куш, а потом продать порт. Сейчас молва
несколько "модифицировалась". Мол, порт перекупают киприоты,
скоро все активы туда переведутся. То есть вас выставляют
временщиками, не способными даже цивилизованно работать с
клиентами... - Главная установка акционеров - повышение
капитализации компании, то есть стоимости акций порта на рынке.
Речь идет о денежных потоках, которые компания генерирует,
размере прибыли как показателе эффективности бизнеса и тех
активах, которыми она владеет. Этой цели можно достигнуть только
одним путем: эффективно вкладывая деньги в предприятие,
совершенствуя менеджмент, технологии. А не проедая их. Так что
наша задача - получать максимальную прибыль и вкладывать ее
именно в развитие производства. Когда мы слышим или читаем
какие-то горячие факты, то давайте будем их анализировать.
Традиционные схемы банкротства предприятий неоднократно
освещались в прессе: фирма берет заведомо невыполнимое
обязательство (например, чрезмерный кредит), затем это
предприятие через процедуру банкротства (или иную) становится
предметом купли-продажи структуры, аффилированной с кредитором.
Теперь пусть распространители подобных слухов объяснят наши
действия, когда мы в мае погасили досрочно кредит
"Российско-Германскому Торговому Банку" (нашим кредитором он стал
еще в бытность гендиректором Геннадия Еремина), а в июне погасили
кредит "Банку Москвы". Тоже досрочно, за несколько месяцев
вперед. А в отношении каких-то двойных тарифов, тройных ставок,
подводных течений сразу скажу, что с самого начала, когда пришла
наша управленческая команда, была сделана четкая установка:
отныне проформа договора у нас одинакова для всех клиентов,
ставки - тоже единые для всех, они утверждаются в начале года
советом директоров и никто из менеджеров не вправе их изменить.
При этом, конечно, ставки не таятся у меня в столе, а
распространяются через договорной отдел всем клиентам. Кампания
эта проводится всегда открыто, публично. Причем, если в первый
год клиенты были недовольны, мол, как мы можем подписывать
одинаковые договора, с нами перестали считаться, то теперь они
говорят обратное: наконец-то мы вошли в цивилизованные рамки, нам
стало понятно, как работает порт. Если я считаю необходимым
снизить или повысить ставки, я делаю предложение на совет
директоров, и только он вправе их поменять. То же самое - с
проформой договора. Мы начинаем ею заниматься примерно с сентября
предшествующего года. И вырабатываем ее совместно с нашими
клиентами. Эта усредненная форма, которая устраивает все стороны,
тоже утверждается на совете директоров. Еще один яркий пример
того, что мы не временщики - отказ акционеров от выплаты
дивидендов по акциям уже третий год подряд. Хотя именно дивиденды
не облагаются налогом на доход в соответствии с Законодательством
России, то есть вся прибыль остается в распоряжении предприятия.
- А зачем Еремин взял кредит и в каком размере?
- Около 7,5 миллионов долларов было получено в форме кредитов
от двух банков. Но это отнюдь не тяжелое наследие, не авантюра.
Напротив, это был задел на будущее. На эти деньги мы построили
причал и купили краны для работы с контейнерами. Сегодня
воплощается на практике идея Геннадия Елизаровича строительства в
порту контейнерного терминала. С перевалкой леса - большие
проблемы ввиду ограниченности лесного рынка. Я на этом могу
остановиться отдельно, а экспорт и импорт грузов в контейнерах -
дело очень перспективное. Все большая номенклатура грузов
тяготеет к контейнерной обработке, в том числе и по причине
сохранности грузов. Кредит мы погашали ежемесячно на протяжении
трех лет, и у порта сейчас практически нет долгов. - Так у
акционеров нет планов перепродажи порта?
- Я не могу ответить за акционеров. Конечно, теоретически
бизнес так устроен, что все в нем имеет какую-то цену, все
продается и покупается. Разумеется, я имею в виду активы, а не
морально-этические ценности. И если сегодня акционер владеет
акцией, которая стоит 100 долларов, а ему предложили 1000, он
продаст ее. Чтобы на эту 1000 купить другие акции, активы. Это -
естественный путь развития бизнеса. Но сегодня я бы не советовал
продавать предприятие, так как его стоимость на рынке будет
сильно недооценена, ведь предприятие просто не вышло еще на тот
рынок, который способен его реально оценить. Поэтому думаю, что
акционеры вряд ли рассматривают вопрос продажи. Но, подчеркну,
уверен, что сегодня увести активы лесного порта никуда
невозможно. Просто смешно об этом говорить. Куда и кто может
вывезти порт? Лесной порт - уникальное предприятие лесной
отрасли, постепенно приобретающее статус универсального порта. С
целью диверсификации бизнеса порт переваливает не только лесные,
но и другие виды грузов. Вопрос не в том, есть сейчас лес или
нет, а в менеджменте, в том, насколько руководство способно
управлять предприятием в различных рыночных условиях, насколько
оно квалифицировано, насколько может поставить единую задачу по
организации производства, трудовых ресурсов, совершенствованию
технологий, снижению себестоимости, привлечения грузов. - Кто же
ваши акционеры? Поговаривают даже, что контрольный пакет акций
сосредоточен в руках одного человека - председателя совета
директоров Николая Богачева. И что случилось с лесом, раз работа
в порту ныне кипит лишь на контейнерном терминале? Я в этом сам
убедился. - Свой вывод об объеме акций в руках акционеров,
объединенных одним интересом, я сделал исходя из голосования на
годовом собрании акционеров 29 июня сего года, когда около 75-80
процентов проголосовали за единую команду менеджмента.
Консолидировано проголосовали владельцы акций и по вопросам
начисления дивидендов. Но я не могу судить об аффилированности
акционеров, потому что не обладаю такими данными. Как и любой
другой акционер, владеющий менее 10 процентов акций фирмы, я
просто не имею права этого знать. Как, кстати, и называть эту
конкретику публично. Единственное что могу сказать точно: в нашем
предприятии сегодня участвует иностранный капитал. И пусть
иностранный. Я считаю, что капитал работает там, где ему удобнее.
Это - инвестирование, причем уже не на словах, а на деле. То, что
в порт сегодня пришел иностранный капитал, свидетельствует о том,
что наша работа не пропала даром, появился определенный уровень
доверия к нашему предприятию, что мы по некоторым параметрам
приближаемся к общемировым стандартам. Главное, что этот капитал
работает на развитие порта. Потому что это - рост порта, его
стабильность, рабочие места и так далее. Та команда управленцев,
которая сейчас руководит "Новорослесэкспортом" (директором я с 25
декабря 2000 года, в порту первый раз появился в конце 1997, в
совете директоров - с июля 1998), иногда вспоминает конец 1997
года и 1998, когда по три месяца не выплачивалась зарплата. В
прошлом году вопреки досужим разговорам зарплата ни разу не
снижалась. Наоборот, в июле ее подняли на 20 процентов.
Грузооборот за три года тоже вырос. Если в 1998 году общий оборот
порта составлял около миллиона условных единиц (кубометры и
тонны), то в 2000 - уже около 1,5 миллиона. Плюс около 8000
контейнеров. Выходит, ежегодно мы приращивали в среднем по 15
процентов грузооборота. Но в этом году оборот резко упал, и это
связано с очень серьезными проблемами. Первая причина - в
Министерстве путей сообщения наличествует двойной стандарт:
внутренний и экспортный тарифы разнятся при прочих равных
условиях. За один и тот же груз и одинаковый километраж берутся
разные деньги при отправке его в пределах России и за рубеж.
Дошло до того, что наши основные поставщики в Красноярском крае
стали работать себе в убыток. И вот открылась Игарка, по сути,
там возродила порт администрация Красноярского края совместно с
директорами лесозаготовительных комбинатов. В июне поток
пиломатериалов практически полностью переориентировали на Игарку.
За последние 20 дней в наш порт от двух крупнейших клиентов не
поступило ни одного вагона. В то время когда в прошлом году шло
по 20-35 вагонов в сутки. 900 долларов и 2400 за один и тот же
вагон, согласитесь, существенная разница! Можно назвать это даже
кризисом. Благодаря монополизму МПС, который, конечно, очень
выгоден отдельным чиновникам, ранее порту пришлось "уйти" из
Испании, Италии. Экспортеры вынуждены избегать различными
способами двойной тариф, отправляя недоработанный
низкокачественный лес в Краснодарский край, складируя лес на
неприспособленных складах и некачественно его дорабатывая.
Приходится отправлять за рубеж пиломатериалы низкого качества,
что влечет потерю наших традиционных рынков. Наше место на рынке
занимают Швеция, Финляндия, которые из нашего же сырья пилят
качественную продукцию. Это прямой ущерб интересам России и
лесной отрасли. Согласитесь, что это абсурд, когда из
Лесосибирска выгоднее транспортировать лес по Енисею через Игарку
и Северное море в Египет, чем через Новороссийск. Результат такой
"государственной политики" МПС - уход значительных сумм за фрахт,
транспортировку из России и Краснодарского края. А в порту -
снизился грузооборот на 32,5 %. Вторая причина - значительное
падение рынков пиломатериалов на юге Европы и Ближнем Востоке,
которое отчасти связано и с поведение евро по отношению к доллару
США. Возникла и здоровая конкуренция. В Ейском порту открылись
новые причалы, где работают с лесоматериалами, причем, наш
менеджмент не смог должным образом и своевременно подготовить
порт к переходу от монопольного положения к условиям конкуренции.
- И какой же выход?
- Выход будет найден в любом случае. У порта есть сегодня
договоренность с некоторыми предприятиями деревоперерабатывающей
отрасли о нашем возможном участии в бизнесе этих компаний. Один
из акционеров порта приобрел крупный пакет акций Маклаковского
ЛДК. Мы подписали некоторые соглашения, в частности с
Лесосибирским ЛДК ј 1, который всегда тяготел к нашему порту. В
результате проведенной работы руководства этих двух крупнейших
комбинатов России приняли решение о том, что наш порт будет для
них являться приоритетным направлением в экспорте продукции. То
же самое - с Пермским комбинатом, Новоенисейским. Второе
направление нашего развития (ни в коем случае не в ущерб
традиционным грузам - я это подчеркиваю) - развитие контейнерного
терминала. ОАО "Новорослесэкспорт" в 2001 году закончило
разработку Плана перспективного развития порта (далее - ППРП),
который предусматривает реконструкцию всей территории порта,
инженерных коммуникаций, техническое перевооружение. Мы планируем
несколько диверсифицировать наш бизнес, чтобы снизить негативное
влияние колебаний рынка. Работа ведется и внутри предприятия, а
именно по снижению себестоимости наших услуг за счет
совершенствования технологий и технического перевооружения (а не
за счет снижения заработной платы, как это некоторые
преподносят), улучшения качества услуг - Про киприотов, которые
стали одними из акционеров порта, что скажете? - Да, есть пакет
акций. принадлежащей он-шорной (подчеркиваю) компании,
зарегистрированной на Кипре. Акционеры порта хотят строить свой
бизнес всерьез и надолго, хотят видеть порт эффективной
компанией, отвечающей европейским и мировым стандартам бизнеса,
чтобы акции порта могли бы котироваться на рынках, биржах как
акции Лукойла, Газпрома, Связьинвеста и других славных российских
компаний. А это, в свою очередь. обязывает нас быть прозрачными и
понятными перед нашими партнерами, акционерами и Законом. При
этом нам был просто необходим аудитор, который мог бы
представлять нашу компанию в западных инвестиционных кругах,
фондах. Для этого менеджмент провел работу по формированию
финансовой отчетности не только в российском стандарте, но и в
международном стандарте IAS. Акционерами в качестве независимого
аудитора была приглашена международная компания "Гранд Торнтон",
входящая в 12 крупнейших в мире. Их заключениям доверяют любые
западные институты. И кипрский офис этой компании просто оказался
территориально ближе, чем, например, лондонский. И, разумеется,
дешевле. Однако эта аудиторская компания не является акционером.
- А что за греки-киприоты работают в порту?
- Мы сейчас разрабатываем ППРП, который включает в себя и
инжиниринговую часть, и бизнес-план, и реконструкцию всей
территории, не только причальной зоны, техническое
перевооружение, изменение технологий. Все это едино, разорвать
друг от друга нельзя - бизнес-план и мастер-план. Мы рассчитываем
основной объем работ провести за 5 лет. Само проектирование нам
делает российские институты, а для выработки концепции развития
мы привлекли авторитетную западную компанию. Привлечение
иностранной инжиниринговой компании было бы очень дорого, поэтому
мы создали в порту группу управления проектом, куда были
привлечены два иностранных очень квалифицированных инженера,
имеющих опыт строительства портов в Греции, Индии, опыт работы в
России. И один из них возглавил эту группу. ППРП уже начал
реализовываться. Сейчас сносим древние склады, оборудуем
современный контейнерный терминал. Вы видели уже начатую
реконструкцию. За последние полтора года закуплено новой техники
примерно на 1 миллион долларов (для нас это серьезная цифра).
Однако и здесь есть проблема. Порт сегодня арендует шесть
причалов у государства. Один из причалов сегодня полностью
разрушен, два других находятся в аварийном состоянии, весь
причальный комплекс требует срочной реконструкции и капитального
ремонта. Порт сегодня готов вкладывать собственные средства в
реконструкцию государственных причалов. Но срок аренды в
соответствии с распоряжением ј 400-р Министерства имущественных
отношений предусмотрен не более 5 лет. А что, если государство
потом передумает продлевать договор аренды? Таким образом,
построив причалы для государства, нам необходимо будет окупить
свои инвестиции. Однако за пять лет это сделать не возможно.
Необходима законодательная проработка увеличения сроков аренды
гидротехнических сооружений или же надобно предусмотреть порядок
компенсации затрат инвестора. В этом случае государство получит
приращение имущества, дополнительные доходы в бюджеты от налогов
на прибыль, на имущество, от арендных платежей. Считаю, что это
более государственный подход, чем просто запретительные меры. - А
можете прокомментировать слухи, что кипрская компания, владеющая
акциями порта, на самом деле контролируется россиянами? - Не
могу, потому что не обладаю информацией. Теоретически такое
сейчас возможно, так как законы допускают приобретение
российскими гражданами акций иностранных предприятий при
определенных условиях. - Ваша семья живет в Москве, здесь вы
бываете наездами. Как между Москвой и Новороссийском-то
разрываться? Наверное, просто физически тяжело...
- Нелегко, как и любая работа. Но на самом деле это работа,
которую надо делать. Если она не нравится, необходимо написать
заявление с просьбой об увольнении. Мне работа нравится, я обязан
ее выполнять качественно и добросовестно. Многие менеджеры
иностранных компаний трудятся в России точно так же, в этом есть
свои плюсы и минусы. Поймите, не везде и не всегда интересные
проекты, интересная работа совпадают с местом жительства. Я
считал бы свою деятельность в должности гендиректора
безукоризненной, если бы мне было достаточно приезжать сюда на
один день в месяц и тем не менее здесь вс„ бы "крутилось"
идеально. В конце концов, любую работу надо оценивать по
результату, а личные выпады и эмоции не позитивны. - Здесь костяк
единомышленников, команда уже сложились? На кого можете
опереться? - Я бы сказал, что команда сложилась только
наполовину. Высококвалифицированных кадров, сработанности,
понимания единых целей, вернее, отлаженного механизма
взаимодействия между разными подразделениями порта еще не
хватает. Сегодня для меня нераздельно связаны моя работа,
результаты всего порта и коллектива, текущая деятельность с Бобро
Виталием Константиновичем, Фисуновой Натальей Васильевной. Есть
еще целый ряд людей, которых я называю нашей командой. Это
квалифицированные, ответственные, порядочные люди. Но сегодня
стоят большие задачи, поэтому весь коллектив порта должен стать
единой командой, нацеленной на один результат и с единой
корпоративной культурой. Сейчас это крайне важно. И трудно.
Слишком уж много слухов и грязи в этот непростой для порта период
прозвучало в адрес нашего предприятия. - А как отношения с бывшим
гендиректором Шавишвили и председателем профкома Павлом
Барановым?
- С Роландом Мурадовичем Шавишвили - нормальные. Он сам
написал заявление об увольнении, вышел с этим в декабре к
акционерам, наверное, у него были какие-то личные мотивы. Я никак
не могу это прокомментировать. Тут его взаимоотношения с
акционерами. Что касается господина Павла Александровича
Баранова, у нас деловые отношения настолько, насколько необходимо
в соответствии с законодательством РФ. Пока что, думаю, я его
никоим образом не притеснял, не нарушал прав профсоюза, наоборот,
всегда старался находить пути взаимодействия. Вообще, на мой
взгляд, его позиция не отличается конструктивностью, не служит
интересам порта и работников, даже меня настораживает. - Что про
перевалку ОЯТ - то ли облученного, то ли отработанного ядерного
топлива, а попросту ядерных отходов скажете? - У меня есть своя
точка зрения в отношении ядерных отходов. В целом, я конечно,
против их ввоза на территорию РФ. Более того, я принципиально
против не только ядерных отходов, но и ядерных доходов. Но
сегодня объективная реальность такова, что человечество, однажды
придумав мирный атом, само и расхлебывает последствия. Есть
международные соглашения с МАГАТЭ, по которым мы обязаны ввозить
отходы от тех ядерных реакторов, которые мы в свое время сами
экспортировали. И все эти годы они и ввозятся, через Украину,
Молдавию, а хоронятся в России. В лесном порту не было планов
перевалки ядерных отходов, изучалась лишь сама техническая
возможность подобного. (Далее гендиректор предоставил мне
материалы о том, какой опыт по захоронению отходов есть у
Франции, Англии, насколько шумиха о планах перевалки отходов
через лесной порт соответствует реальности, рассказал, что из
себя представляют ОЯТ, показал фотографии многотонных свинцовых
контейнеров и спецвагонов. У меня, корреспондента, нет никакого
желания быть причастным к перевалке ОЯТ в Новороссийске. И я не
собираюсь быть в этом вопросе адвокатом, не собираюсь идти
наперекор общественному мнению. Так что давайте сказанным пока и
ограничимся. А если уж вы, читатели, сильно захотите поднять эту
закрытую (в смысле, свернутую сегодня) тему, то публикацию
подготовить не составит труда.) - Что о себе расскажете?
- Образование - высшее, закончил Харьковское военное училище.
Первая специальность - инженер-баллистик. Второе образование -
Академия народного хозяйства при правительстве России, деловое
администрирование, или просто управление. Короче, первый диплом
защищал по математике, второй - по бизнес-планированию. На
руководящих должностях с 1995 года. Порт - это уже второй
инвестиционный проект, куда я привлечен. Раньше я работал в
нефтяной отрасли. У Николая Богачева я когда-то трудился в одной
из его компаний. - В связи со всеми последними событиями у вас
есть оптимизм по поводу успешного развития порта? - Нет, у меня
есть не оптимизм, а уверенность в том, что вс„ у нас получится,
если не размениваться на мелочи.
Записал Владимир ДАРКИН.
P.S. Оказывается, все объяснимо и открыто. Хотя, конечно,
перевозбужденный разум может исказить любую реальность.